В конце ноября, 27 числа, исполнится 95 лет со дня кончины чешского художника Богумила Кубишты, чей талант у человечества отняла эпидемия «Испанского гриппа», разразившаяся в 1918 году. Жизнь Богумила Кубишты прервалась на самом взлете — в 34 года, но его творчество оказало серьезное влияние на молодое поколение художников, чье становление пришлось на период между двумя мировыми войнами, а позже на творческую молодежь 60-х годов XX века.
Богумил Кубишта, 1911 г. (Фото: Wikimedia Commons, Free Domain) Богумил Кубишта родился 21 августа 1884 года в деревне Влчковице, что неподалеку от города Градец Кралове. Обучаясь в школе, будущий художник проявлял заметное математическое дарование. После окончания реального училища он в 1903 году поступает в Художественно-промышленную школу в Праге, но вскоре, через год, из-за конфликтов с педагогами учебного заведения, переходит в Академию изобразительного искусства. Однако и здесь Богумил Кубишта остался не долго, ушел из-за недовольства академическим способом обучения художников. В 1905 году Кубишта поступает на службу в армию, что не только в этот раз, но и позже помогало ему справиться с нуждой. Еще через год художник уезжает набираться опыта во Флоренцию, а потом во Францию.
В ранних работах Богумила Кубишты проявляется влияние позднего импрессионизма, стиля Винсента Ван Гога и Поля Сезанна. Вдохновленный творчеством норвежца Эдварда Мунка, чью выставку художник посетил в 1905 году, в собственных работах Кубишта постепенно переходит от постимпрессионизма к экспрессионизму. В 1907 и 1908 годах впервые выставляется вместе с членами группы экспрессионистов и фовистов «Осьма» (Эмиль Фила, Бедржих Фейгл, Макс Хорб, Отакар Кубин, Вили Новак, Эмиль Артур Питтерман, Антонин Прохазка, Вацлав Шпала, Винцент Бенеш, Линка Шетауерова-Прохазкова).
«Автопортрет с закатанными рукавами», 1904 — 1905 гг. (Фото: Wikimedia Commons, Free Domain) В 1910 году, познакомившись с принципами кубизма, Богумил Кубишта открывает главную линию своего творчества, которой останется верным до последних минут своей жизни.
В декабре 1968 года известнейший чешский художник-авангардист Ян Зрзавый в эфире Чехословацкого радио вспоминал о том, как в 1911 году он познакомился с Богумилом Кубиштой и немедленно подружился с ним.
— «Было это осенью 1911 года. Я тогда ходил в торговую школу, так как мой папа хотел, чтобы я научился чему-то, что прокормит. У меня был друг — художник Гертнер, который в свою очередь знал какого-то пана Каудерса – поэта-декадента, печатавшегося под именем Иржи Вильерс. Последний нам и сказал, что знает Богумила Кубишту, и если мы хотим, то он нас с ним познакомит. О кубизме мы тогда знали не много, только то, что было помещено в Художественном месячнике. Нам это не нравилось. Но, конечно же, мы хотели познакомиться».
«Гипнотизёр», 1912 г. (Фото: Wikimedia Commons, Free Domain) Встреча с Богумилом Кубиштой была назначена у пражского кафе «Лувр».
— «С того момента я с Кубиштой встречался практически каждый день два года подряд. Мы были страшно разными. Он – энергичный организатор, невообразимый интеллигент… Я – пассивный, интуитивный… И мнения об изобразительном искусстве у нас были разные… Он в то время утверждал, что изобразительное искусство – это только форма. Мое же мнение — что этого мало. Во-первых, должна появиться причина, потом все должно наполниться содержанием и хоть каким-то выражением. По этому поводу мы каждый раз спорили очень и очень долго. Он немного уступил, я немного отошел — так мы друг друга и дополняли, а, собственно говоря, в результате мы оба оказывались обогащенными».
Ян Зрзавый считал Богумила Кубишту фанатиком своего дела, пророком и сравнивал с Иоанном Крестителем. Вспоминал, что у художника из-за его характера было очень мало друзей.
«Автопортрет», 1908 г. (Фото: Wikimedia Commons, Free Domain) — «В то время когда мы дружили, приятелей у него было очень мало. Иногда он еще встречался с Винсентом Бенешом. А вот с Филой, например, полностью разошелся. В группе он не участвовал. Положение у него было сложным».
Богумила Кубишту Ян Зрзавый относил не только к кругу друзей, но и своих учителей.
— «Я от Кубишты научился общим правилам изобразительного искусства – пониманию композиции, структуры картины, пространства в ней, объему. В этой области я получил от Кубишты страшно много, я же не знал ничего. До того как мы познакомились, я уже написал свои главные картины: Долина печали и Веселые путешественницы. Однако все сделанное получилось, не хочу говорить, что случайно, но инстинктивно, подсознательно. До знакомства с Кубиштой каждая картина означала для меня прыжок во тьму. Я не знал, как закончится работа. После же общения с Богумилом Кубиштой я уже знал на что обращать внимание, где могу возникнуть композиционные ошибки и многое другое. Сначала я все наученное очень точно соблюдал, именно как он, рисовал, высчитывал… Правда, делал я это абсолютно с иными целями, чем он».
«Двойник», 1911 г. (Фото:…
«Обешен», 1915 г. (Фото:…
«Пьеро», 1911 г. (Фото:…
«Эпилептичка», 1912…
«Воскрешение Лазаря»,…
«Объятия смерти», 1912…
«Вид на цементную фабрику…
Ян Зрзавый ценил Богумила Кубишту как художника и талантливого организатора: «Я считаю, что его смерть была страшной потерей для чешского искусства и жизни нашего художественного сообщества. Он был справедливым человеком, организатором с большой буквы, бескомпромиссным. Если бы Кубишта был жив, то многое было бы иначе. Во множестве объединений не возникало бы анархии, как это произошло после войны, а, наоборот, благодаря его организаторским способностям, мог бы появиться какой-то очень хороший союз художников».
Богумил Кубишта был ревностным защитником современного искусства, которое, по его мнению, должно было раскрыть законы жизни и отразить их, а художники обязаны этому помогать.